Охота на нефтегривни

Нынешний август для украинских автомобилистов (уже привыкших к сезонным скачкам цен на бензин) не стал исключением: цены на самую популярную марку бензина - А-95 - долгое время державшиеся на отметке 4,20 грн. за литр, за пару недель выросли до 4,70 грн. Свободный от административного регулирования и предоставленный влиянию рыночных факторов, украинский рынок топлива становится все более привлекательным для работы на нем и приносит его участникам немалые прибыли. За три года стоимость топлива в Украине выросла более чем в два раза: А-95 подорожал с 2,20 грн. за литр до сегодняшних 4,70 грн. И даже еще два года назад, когда Кабмин под предводительством Виктора Януковича настойчиво убеждал трейдеров сдерживать цены, заветные 2,90 грн. за А-95 держались довольно долго - до смены властной команды.

Сейчас даже нефтетрейдеры не скрывают, что украинский рынок топлива не только привлекателен, но и перспективен. В отличие от, скажем, того же европейского рынка украинский растет и по цене, и по объемам. Цена литра топлива уже почти достигла доллара и, похоже, скоро перейдет этот рубеж. Что вызвано не только возросшей ценой на черное золото в мире, но и впечатляющей маржой, которую беспрепятственно закладывают розничные торговцы бензином, в некоторых случаях руководствуясь просто своим
усмотрением. Тогда как в той же Европе на литре горючего операторы зарабатывают гораздо меньше - основной доход АЗС имеют на сопутствующих услугах, например, круглосуточных магазинах.

Это и побудило мировых нефтяных гигантов, а также украинские власти и влиятельные украинские ФПГ озаботиться получением доли пирога на этом рынке. Для потребителей бензина это означает лишь одно - цены в обозримом будущем продолжат расти, какие бы меморандумы не подписывались на заседаниях правительства с трейдерами. Ведь входящие на рынок новые игроки обязательно захотят быстро "отбить" свои затраты.

Затишье перед бурей

Последние полтора года рынок находился в сонном состоянии - несколько украинских НПЗ стояли, а бензин из соседних стран наводнил Украину благодаря введению нулевой ставки пошлины на импорт топлива. Никто из действующих игроков особо не стремился расширять розничные сети реализации нефтепродуктов. Крупнейшие трейдеры тем временем сосредоточились на "чистке" рядов партнеров-джобберов, дабы отобрать самых порядочных из них, сократив количество во имя улучшения качества. Этим и объясняется парадокс последнего года - на ведущих украинских трассах пропорция заправок брендов "первой пятерки" и малоизвестных мелких участников рынка изменилась в
пользу последних. К примеру, на одной из главных магистралей, ведущих из столицы в Одессу, локальные бренды АЗС доминируют над известными. Складывается впечатление, что производители и трейдеры не ждут от розничного рынка ничего хорошего, механически поддерживая бизнес и ожидая "лучших времен". Или воспринимают его, как российские нефтяники внутренний рынок России - в качестве необходимой "нагрузки" к основному бизнесу (экспорту нефти). Впрочем, как сказал классик: Украина - не Россия. В России сегодня А-95 стоит порядка 3 грн. (в пересчете на отечественную валюту), у нас же, с учетом недавнего всплеска цен - 4,70 грн. Украинский чернозем - благодатная почва для взращивания прибылей и переработчиков, и "пистолетчиков" (торговцев в розницу), поскольку цены на рынке постепенно, но уверенно приближаются к среднеевропейским. И, в отличие от драматургии украинского газового рынка, без излишней политизации, противостояний на межгосударственном уровне и бунтов потребителей, просящих о "переходном периоде".

Самый существенный рывок в сближении украинских цен с мировыми состоялся буквально за последние полтора года. Основные ценовые "волны" всегда наблюдались в конце весны и начале осени - в периоды пикового спроса. Однако, "взяв новую высоту", цены практически не откатывались назад и, по насыщению рынка, попросту замораживались. Теперь же цены на внутреннем рынке нефтепродуктов меняются не только в ответ на изменения пропорции спроса и предложения, но и вдогонку за траекторией движения мировых нефтяных цен. Цена того же литовского топлива с Мажейкяйского НПЗ молниеносно реагирует на изменение котировок в европейских портах, и стоимость предназначенных для Украины партий может меняться чуть ли не каждый день. При этом еще пару лет назад рынок был гораздо более неповоротлив - безоговорочно доминирующее положение занимал бензин украинских НПЗ, произведенный из российской нефти. Сырье украинских переработчиков и до сих пор контрактуется на месяц вперед, и поэтому корректировать цены на продукцию в промежуточные периоды почти невозможно.

Новая волна передела

Первичное распределение нефтяной собственности прошло в Украине в 1999-2001 гг., когда российские нефтяные компании купили четыре украинских НПЗ и свои "зоны влияния" очертили игроки украинского происхождения - "Приват", "Галнафтогаз" и "Континиум". Сегодня же весьма явственно обозначилась вторая волна передела на рынке. Первым буревестником стало появление в рознице бренда Shell, украинский топ-менеджер которой Патрик ван Дале гордится тем, что это - "первый международный бренд на украинском розничном рынке автомобильного топлива". Понятно, что международные бренды просто так не приходят, тем более нефтегигант, похоже, серьезно настроен "пустить корни" в Украине. Активные действия он начал с получения доступа к добыче местных углеводородов. Хотя конкурс на освоение перспективного Прикерченского участка морских недр он и проиграл, зато договорился с НАК "Нафтогаз України" о совместной деятельности по добыче энергоносителей на территории Днепровско-Донецкого бассейна. Однако получение первых добытых из украинских недр ресурсов - вопрос не одного дня, и товарную нефть Shell получит не ранее чем через два года. Поэтому, запустив проект, гигант переключился на топливную розницу, что подтверждает обширность его намерений в Украине. Правда, Shell не спешит раскрывать все карты -
появившиеся АЗС пока остаются в собственности НК "Альянс-Украина" и используют бренд Shell по лицензионному соглашению. Логика подсказывает, что, двигаясь в направлении организации как добычи нефти и газа, так и сбыта топлива, Shell не оставит без внимания и промежуточный между двумя названными звеньями процесс - переработку. И если уже гигант начал партнерство с НК "Альянс-Украина", то логично предположить, что он рассмотрит возможность купить (или запустить, а потом начать перерабатывать нефть на давальческих условиях) принадлежащий группе Херсонский НПЗ.
Впрочем, с технической точки зрения, это предприятие оценивается как не самый блестящий актив. Кроме того, уже год как завод остановлен якобы с расчетом на начало масштабной модернизации, почему-то пока так и не стартовавшей. Отсюда и существенный нюанс - предприятие сегодня может служить разве что площадкой для возведения принципиально нового производства. Что требует многомиллионных инвестиций - без них запускать завод в нынешнем состоянии просто бессмысленно. Так что Shell может решить проблему переработки и путем строительства нового завода. В любом случае, не связанные пока между собой движения Shell в Украине тем не менее свидетельствуют о том, что рано или поздно на украинском рынке появится еще одна крупная вертикально-интегрированная структура. Возможно, принципиально новый игрок заменит НК "Альянс-Украина", которая, похоже, уже отказалась от своих претензий на долю на этом рынке - о том, что компания готовит к продаже свои активы, эксперты и участники рынка поговаривали давно. 

Повторение пройденного

В свете того, что привлекательность выпуска и сбыта нефтепродуктов в Украине как бизнеса значительно возросла, неслучайными выглядят подвижки чиновников относительно реинкарнации идеи объединения оставшихся в собственности государства нефтяных активов. Очевидно, что идея создания государственной ВИНК будет жизнеспособной только в том случае, если ее продвижением озаботятся близкие власти бизнес-группы, преуспевающие не только в нефтепереработке, но и в политическом лоббизме.

Идея не нова, однако две предыдущие попытки ее реализации не были доведены до логического завершения из-за нестабильности направления, в котором дует
политический ветер. В свое время, в 2004 г., Леонид Кучма решил объединить все подконтрольные государству активы в нефтедобыче, нефтепереработке и сбыте на базе наполовину государственной "Укрнафти", однако буквально за одну ночь изменил мнение и в итоге решил передать управление данными активами полностью государственному "Нафтогазу України". Таким образом совладелец "Укрнафти" - группа "Приват" - потеряла возможность при помощи государства создать ВИНК и движется в этом направлении самостоятельно. Напомним, группа контролирует, кроме более 40% ОАО "Укрнафта", Дрогобычский и Надвирнянский НПЗ, а также сеть АЗС, которые постепенно выкупает и перебрендирует "Укрнафта".

Заявление о намерении властей создать государственную ВИНК прозвучало из уст экс-министра экономики Арсения Яценюка в последние дни его пребывания на посту. Но, тем не менее, оно представляется симптоматичным, тем более что Яценюку некоторое время предрекали сохранение этой должности согласно коалиционной договоренности. Ныне вероятность того, что новое правительство поддержит и начнет воплощать идею ВИНК, очень велика. Такая компания - хорошая площадка как для усиления кого-то из действующих трейдеров (как это могло бы стать в случае с группой "Приват"), так и для захода на рынок нового крупного игрока. Учитывая окрас новой властной команды, его логично искать в рядах крупных промышленников с Востока Украины. В среде нефтяников не исключают, что интерес к вхождению в рынок может проявить СКМ Рината
Ахметова. Хотя на сегодняшний день для группы этот бизнес нельзя назвать профильным, некоторые активы в нем у СКМ все же есть - дислоцированная преимущественно на Донбассе сеть АЗС "Гефест". Так что привлекательность сбыта топлива группа уже имела возможность оценить как участник рынка. И понять, что вложение средств в этот бизнес могло бы окупиться с лихвой. Как следствие - то, что не получила группа "Приват", сделавшая ставку на оказавшихся в оппозиции политиков, может достаться тому, чья политическая платформа более устойчива. При таком развитии событий идея создания ВИНК может быть доведена до конца, хотя и пестрит техническими сложностями. Во-
первых, как показывает уже состоявшийся неудачный опыт, она встретит сопротивление со стороны частных совладельцев ряда активов и/или тихое саботирование со стороны госисполнителей. Так в свое время частникам Дрогобычского НПЗ удалось заблокировать передачу госпакета НПЗ НАК "Нафтогаз України". А последний, хотя и получил в управление госпакет Кременчугского НПЗ (ЗАО "Укртатнафта"), так и не наладил четкий алгоритм взаимодействия с другими звеньями цепочки виртуальной ВИНК (активы остались разрозненными, идея создания отдельной компании для их управления похоронена). Более того, под вопросом и возможность возвращения государству
в собственность двух иностранных компаний, за счет которых доля акционеров из Татарстана в "Укртатнафтi" "дотягивалась" до контрольного пакета.

Но едва ли не самым важным препятствием может стать противодействие группы "Приват" - ведь она сосредотачивает почти половину "Укрнафти" и более крупные, чем у государства, пакеты двух западноукраинских НПЗ. И если вопрос переработки можно "закрыть" через другие активы, вопрос контроля над ОАО "Укрнафта" придется решать в любом случае.

Преодолеть очерченные выше препятствия можно лишь упорством и решительностью, подкрепленной властными полномочиями. А чтобы убедительно мотивировать идею создания ВИНК на государственном уровне, достаточно повесить на нее важную социальную функцию. В упрощенном варианте - "сбивание" цен на топливо в периоды волнений на рынке за счет ресурсов собственно компании. В усложненном - через реализацию идеи создания государственного резерва нефтепродуктов. Предыдущие поручения Виктора Ющенко на этот счет пока что не дали результатов. Дело хлопотное и, главное, дорогостоящее. А привлечение частника к управлению или партнерству
с государственной ВИНК смогло бы как раз изыскать такие нужные государству инвестиции. 

Проверка связи

Индикатором того, насколько сценарий нового масштабного передела рынка нефтепродуктов будет реализован, станут действия нового правительства на топливном рынке. И первые мессиджи Виктора Януковича относительно планов по регулированию рынка нефтепродуктов дают веские основания утверждать, что передел все же состоится. Во-первых, Партия регионов реализует уже высказанные намерения преодолеть импортоориентированность экономики и отменит льготную нулевую пошлину на импорт нефтепродуктов. Это усилит украинских игроков рынка. Во-вторых, Янукович четко заявил о том, что возврата к практике жесткого регулирования образца 2004 года не будет. То есть - ситуация на топливном рынке, когда цены формируются исключительно рыночными механизмами, "регионалов" в принципе устраивает. Это косвенно говорит в пользу версии о том, что к выводу на этот рынок готовится игрок, связанный с "регионалами". В-третьих, Янукович говорит о том, что влияние государства на рынок будет усиливать путем товарных интервенций - за счет ресурсов подконтрольных государству нефтяных компаний. Так что идея объединения всех нефтяных госактивов в ВИНК коррелируется с политикой властей по регулированию этого рынка. А значит, с большой вероятностью, найдет поддержку. Создав ВИНК в партнерстве с мощной частной компанией, новая власть достигнет двух стратегически важных целей. Прежде всего, усилят влияние государства на топливный рынок, не допустив на нем неприемлемых, с точки зрения социальной политики, волнений. Но при этом не снизят привлекательность работы на рынке для его участников, среди которых стоит ожидать солидных новичков.  Итак, когда новые, совершенно разные по сути (олигархически-властные ВИНК и мировые нефтяные гиганты) участники украинского топливного рынка займут
свои ниши, принцип его работы претерпит серьезные изменения. Раньше игрокидемонстрировали единство, отстаивая перед властями обоснованность того или
иного общего уровня цен. И компромиссный уровень последних рождался в результате торга: нефтетрейдеры тянули цены вверх, власти - вниз. Тон в среде трейдеров задавали "дочки" российских нефтяных компаний, которые регулярно отбивали обвинения в монопольном сговоре. Теперь же рынок не будет столь однороден. Никакая из групп его участников не будет откровенным "законодателем мод". Российские НК, естественно, сохранят свои позиции, как и украинские группы, бизнес которых устоялся. Но на этом фоне появится солидный украинский новичок, у которого, учитывая его вспомогательную "социальную" функцию, в определенные периоды будут свои задачи. И мировой
нефтегигант, который явно будет строить свою ценовую политику практически без оглядки на остальных. В условиях свободного от административного регулирования украинского рынка, цены на котором почти достигли европейских, описанная выше расстановка сил как раз и обеспечит сбалансированное, прозрачное и объективное ценообразование в будущем.